Рассказывает Анюта Помялова
В октябре 1999 года я неожиданно заболела. Температура 40-41, но ни насморка, ни кашля, ни боли в горле - ничего, один лишь жар. Полторы недели я только пила воду и чай, есть не могла. Врач участковый написал в карте: Грипп 2?
По выписке (я училась на 5 курсе ВУЗа) сдала анализы. Был снижен общий белок в крови, а в моче был белок 0,2.
Но надо было заканчивать учебу и работать. Стала пить витамины.
К лету 2000 г. стала, как мне и всем тогда показалось, поправляться. Как позже выяснилось, это были отёки. Летом 2000 г. поехала в студенческий лагерь в Сочи, где загорала и несколько раз "сгорала". Вернулась домой ещё "толще", чем уезжала. Стали болеть и раздуваться, краснеть мелкие суставы кистей рук.
Обратилась в Ревмоцентр при ГКБ № 1. Сдала ревмопробы. Результаты отрицательные. Но ревматолог почему-то была убежлена, что у меня дебют ревматоидного артрита и выписала мне соответствующую терапию. Пропила курс, стало с руками полегче, но отеки нарастали, в обувь ноги не влезали.
В октябре 2000 г. ревматолог предложила мне госпитализацию в ревматологическое отделение ГКБ № 1, но я не могла по причине занятости на работе: мои студенты(я работала тогда в ВАВТ- Всероссийская Академия Внешней Торговли) готовились к госэкзаменам в декабре. После "госов" в декабре я легла в больницу.
Состояние ое ухудшалось, олигонурия (выделение мочи - 50 мл в сутки), давление 180/120. Врачи заподозрили, что это мог бы быть острый дебют Системной Красной Волчанки. Сдала анализ на Le-клетки, на иммунглобулины и Анти-нуклеарный фактор, на Анти-ДНК. Повышенные показатели ясно указали на то, что у меня Системная Красная Волчанка острого течения. Меня перевели в нефрологическое отделение ГКБ им. Боткина, где с конца декабря 2000 года до конца преля 2001 года врачи самоотверженно боролись за мою жизнь. В апреле мне сделали пункцию почек. Анализ взятых кусков почечной ткани показал "очаговый мезангиокапиллярный волчаночный нефрит". Мне ставили ХПН (Хроническую Почечную Недостаточность) I-II степени.
Потом каждые 2 недели я ложилась в больницу на сочетанные "пульсы" циклофосфана с преднизолоном.
Мочевой синдром стал снижаться, но не до конца. А в июле 2003 г. у меня случилось обострение СКВ.
Пульсы циклофосфана с преднизолоном не помогали, белок в моче нарастал, общий белок крови снижался... врачи не знали, что предпринять.
Ввели новый препарат "Сандимун-Неорал", цитостатик нового поколения. К октябрю 2003 г. была достигнута частичная клинико-лабораторная ремиссия экстраренальных проявлений, а потом и белок из мочи ушел. Продолжаю терапию Сандиммуном-Неоралом и по сей день.
Последнее место моей работы - компания Декатлон, а до этого Бритиш Петролеум (БиПи), до Петролеума Агенство Недвижимости ЗАО НПО Знание. Из НПО Зание я перешла работать в БиПи, тогда еще с ногами не было проблем, я не предполагала, что меня ждет такое! Я была там руководителем небольшого отдела договоров (пожизненная рента).
Из Бритиш Петролиум меня "ушли": хромать стала. А я была на испытательном периоде.
Потом боль прошла, я устроилась в Декатлон на ещё более хорошие условия... но... боль вернулась. МРТ от июля 2006 г. показала двухсторонний некроз бедренных костей, реактивный артрит, деформирующий артроз. Хромота усиливалась, и через 3 месяца меня "ушли" из Декатлона, за неделю до планировавшейся стажировки во Франции.
И тогда встал вопрос об операции по замене тазобедренного сустава. Из-за развившегося некроза ходить было очень больно.
Раньше я много зарабатывала, моего мужа такое положение дел очень устраивало, после операции № 1 и до неё не могла работать в полную силу, ему пришлось впервые за 10 лет в браке меня содержать. Это ему не понравилось и мне, слабой ещё от потери крови, на костылях, с забинтованными ногами, он сказал: иди работать.
На моё недоумение и слова о том, что пока что могу только делать что-то по дому, он жёстко выпалил: Значит в роли домохозяйки ты мне не нравишься.
- Я не домохозяйка, а трудоголик на реабилитации после сложнейшей операции.
- Сути не меняет.
Муж – можно сказать, что он ушел. А, в прочем, я не знаю... Деньги на сына и на продукты он дает исправно. Но ни по дому не помогает, ни морально не поддерживает. Мы с Владькой сейчас одни были бы, если бы свекровь моя не помогала всем, чем может. С катушек слетел. Ответственность ему не нужна. И мои проблемы со здоровьем его тоже не волнуют.
Анюте выделили квоту на операцию по замене второго тазобедренного сустава, но, как это часто бывает, врачу надо заплатить. За прошлую операцию она заплатить смогла – 30 тысяч рублей. Нужна будет так же сиделка на две недели – в послеоперационном периоде. 1000 -1200 рублей в день (информация взята с сайтов), т.е. 16 800 рублей. Сейчас она – инвалид второй группы, родители – пенсионеры, муж от ее проблем устранился. Давайте поможем ей. Ей очень нужна наша помощь!
Итого нужно собрать 46 800 рублей.
Для почтовых переводов:
г. Москва, 117334, Новоясеневский проспект, дом 32, к. 1, кв. 240, Помяловой Анне Сергеевне
Для банковских переводов:
Сбербанк России ОАО, Донское отделение № 7813/01421, р/счёт 30301810938006003811, БИК 044525225, к/счёт 30101810400000000225, ИНН 7707083893, Помялова Анна Сергеевна счёт № 42307.810.8.3811.7607094
41001226297931 – Яndex - кошелек
Для связи с Анюткой:
anna-pomyalova@yandex.ru
+7-905-709-80-45 - мобильный; (495) 422-43-93 - домашний
Системная красная волчанка (СКВ) относится к группе системных заболеваний соединительной ткани, при котором поражается кожа и различные внутренние органы. В основе ее лежит хроническое аутоиммунное воспаление, характеризующееся. Характерной чертой системной красной волчанки является избыточная продукция антител к двуспиральной ДНК и высокий уровень циркулирующих иммунных комплексов.
Основными симптомами системной красной волчанки являются: появление на лице (в основном на носу и щеках) красной чешуйчатой сыпи, поражение суставов и прогрессирующее поражение почек. Часто у больного также наблюдается прогрессирующее воспаление сердечной мышцы, легких и головного мозга, в результате которого на месте воспаления образуется рубцовая ткань (фиброз).
